В 2023 году мой знакомый, руководитель средней по размеру неправительственной организации, спросил меня, не хотела бы я стать для него человеком, который выслушает и поддержит в моменты, когда он чувствует себя одиноким в своей лидерской роли. Я долго не колебалась. Меня заинтересовала возможность поддержать другого человека в переосмыслении способов управления организацией и в поиске решений для ежедневных дилемм и выборов, с которыми он сталкивается. Именно с этого начался мой путь в коучинге.
Сложные эмоции
Хотя коучинг часто используется в бизнес-среде, в общественном секторе он остается относительно малоизвестным подходом. С самого начала моей практики я сталкиваюсь с чувствами бессилия, гнева, страха и тревоги у своих клиенток и клиентов. Я хорошо понимаю эти эмоции. Имея более 20 лет опыта работы в сфере прав человека, я воочию видела, насколько жесткими могут быть требования к неправительственным организациям. Миссии, держащиеся на самоотдаче, постоянные кризисы, политические препятствия и ограниченные ресурсы. Я сама переживала это давление: разочарование, когда изменения происходят слишком медленно; истощение от постоянной самоотдачи с осознанием, что это лишь капля в море потребностей; боль, когда внешние факторы, такие как ограничительные регуляции или, как это было недавно, внезапная отмена донором уже обещанного финансирования, останавливают наши усилия.
В Araminta мы реализуем резиденциальную программу в Берлине, в рамках которой создаем условия для отдыха и восстановления активисток и активистов из тех регионов Европы и Азии, где права человека находятся под угрозой или нарушаются. Разговоры с лидерками и лидерами украинских правозащитных организаций убедили меня, что коучинг может создать для них безопасное пространство для восстановления и усиления. В то же время я также чувствовала, что таким образом мы вносим вклад в поддержку гражданского общества в Украине в условиях войны.
Потребность в соответствующих инструментах
Я понимала, что это не будет просто, особенно учитывая ограниченное количество методов и инструментов, которые действительно подходят для коучинга людей, переживших травму, имеющих посттравматическое стрессовое расстройство или сталкивающихся с профессиональным выгоранием. Классические модели коучинга в условиях войны часто выглядят поверхностными или оторванными от реальности. Нужны решения, адаптированные к контексту затяжного кризиса.
Когда я сталкиваюсь с нехваткой ресурсов и поддержки, это побуждает меня действовать. Так произошло и на этот раз. Я была убеждена, что необходимо собрать и адаптировать такие коучинговые подходы, которые могли бы действительно помочь людям, живущим и работающим в условиях войны. Когда я начала подготовку, один мудрый человек сказал мне: «Не берись за такие вещи одна». Тогда я обратилась к Paulina Jędrzejewska, руководительнице Фонда Culture Shock, с предложением о сотрудничестве. Это было одно из лучших решений. Мы обе понимали, что самым важным является подготовка группы людей, которые уже работают для гражданского общества в Украине и смогут поддерживать лидерок и лидеров. Благодаря многолетнему опыту Paulina и всей команды мы создали концепцию и обучающую программу Mokuteki.
Новая перспектива
В рамках Mokuteki мы адаптировали коучинговые инструменты и практики профилактики выгорания, разработанные в Фонде Culture Shock, к условиям кризиса. Наша обучающая программа учитывает знания о травме, выгорании и организационной культуре. Мы готовим коучей, чтобы они могли поддерживать лидерок, лидеров и организации, помогая им справляться с вызовами кризисных условий. Это означает, что гражданское общество становится сильнее как во время войны, так и после нее. Лишь устойчивые и зрелые организации способны не только эффективно помогать другим, но и сами выдерживать сложные обстоятельства.
